Рубрика: Медичи, козимо старый

Медичи, козимо старый

Художник из Понтормо. Сын очень успешного банкира Джованни де Медичи, заложившего основы богатства и могущества семьи. Когда его отец умер, Козимо был уже опытным бизнесменом, деловая хватка, видимо, была у него от рождения, ну а богатую практику он получил в отделениях банка в Европе. Очень скоро Козимо был втянут в вихрь политического соперничества с семьей Альбицци, стоявшей во главе флорентийских патрициев. Альбицци стремились уничтожить Козимо, но добились лишь его изгнания.

Правление Альбицци было недолгим, и Козимо, который своим достойным поведением и щедростью завоевал признание на родине, был вновь вызван во Флоренцию новым городским советом 6 октября. <Народ встретил его с триумфом. После возвращения из изгнания Козимо использовал свое богатство, связи и влияние, чтобы укрепить власть Медичи в городе и республике.

Не имея официального титула, Козимо становится негласным правителем Флоренции. Соблюдая республиканские формы правления, он поставил у власти своих сторонников и постепенно захватил власть во Флоренции. Козимо принес во Флоренцию процветание и стабильность, проведя некоторые реформы среднего класса и щедро финансируя общественные и художественные работы. В году Козимо Медичи подарил Марсилио Фичино виллу Кареджи близ Флоренции, которая стала центром неоплатонических исследований и получила название "Академия Платона".

Как и многие другие гуманистические академии, Академия Платона была свободным союзом, объединявшим людей самых разных профессий.

Как и многие другие гуманистические академии, Академия Платона была свободным союзом, объединявшим людей самых разных профессий.

На собраниях академии читались произведения о Платоне и обсуждались проблемы, связанные с его философией. При Козимо была основана Лаврентьевская библиотека. В итальянских делах Козимо старался проводить мирную политику, опираясь на союз с Миланом, сыграл важную роль в формировании Итальянской лиги и способствовал заключению союза с Франческо Сфорца, герцогом Милана Его главной заботой во внешней политике было предотвращение иностранной интервенции. <Козимо Медичи был удостоен после смерти титула Отца Отечества, Pater Patriae, инициалы этого титула ПП обозначены на его кресле на посмертном портрете, созданном Понтормо в году. История литературы и искусства окружила имя Козимо Медичи ореолом величия и славы. Как купец, который вел дела с размахом, как мудрый и дальновидный государственный деятель, как человек образованный, как покровитель искусств, он был ярким представителем флорентийской знати.

Благодаря богатству, которое оставил ему отец, он был самым богатым частным человеком в Италии. Сам он приумножил эти богатства до почти невероятных размеров. Его торговые связи охватывали всю Европу, простираясь на Восток и в Египет.

Но даже имея огромное состояние, он не забывал, что был купцом. Он говорил, что если бы по мановению волшебного жезла у него было все, что нужно для жизни и ее украшения, он все равно постарался бы увеличить свое состояние. Благодаря этому формируются крепкие связи между людьми и возвеличивается отечество. У Козимо были разнообразные интересы.

В молодости он присутствовал на Констанцском соборе и объездил много Германии и Франции. Италия была у него перед глазами, благодаря своим торговым агентам и осведомителям он знал секреты всех правящих дворов и настроения масс. Невидимыми путями к нему стекались политические и коммерческие новости.

Но сам он казался замкнутым, совершенно непроницаемым для посторонних глаз, загадкой для государственных деятелей и послов, так что они порой приходили в отчаяние.

Самое большое значение имело то, что он не был в курсе всех событий.

В первую очередь это объяснялось холодной вежливостью его речей, что отличало флорентийскую дипломатию в целом. С помощью того же холодного расчета, ума и проницательности он незаметно добился господства в Республике. Конечно, когда он впервые вернулся из ссылки в году, он толпами изгонял своих врагов или заключал их в тюрьмы, конфисковывал их имущество и разорял их тяжелыми штрафами и налогами.

Он не надеялся примирить их с собой, потому что знал законы республики, систему заговоров и мести. Но Козимо утверждал свою власть, не прибегая к кровавому насилию. Он не стал менять сложившуюся систему власти, а лишь поставил на ключевые посты людей, преданных лично ему и его партии.

В то же время он не боялся привлекать к государственным делам людей всех сословий, если они были на это способны. Он не был хорошим оратором; его манера общения с людьми, согражданами, всегда была ровной и сдержанной, речь - спокойной и размеренной, без шуток и фамильярности.

Он относился ко всем с видимым дружелюбием и участием и всегда выражал готовность помочь нуждающимся. В личном плане он не был ни честолюбив, ни эгоистичен, довольствовался малым, иными словами, жил с благородной простотой. Если он шел по городу, за ним обычно следовал только один слуга.

И на улице, и в совете он с подчеркнутым уважением относился к пожилым горожанам. Его неустанная деятельность, ради которой он часто жертвовал сном, казалось, была направлена только на благо города. Он обладал прекрасным вкусом, любил роскошь и пышность, но все это служило на благо и украшение республики. Он построил множество сооружений в городе и вокруг него, как правитель, любящий красоту и великолепие. Его величественный дворец был украшен колоннами, статуями, картинами, книгохранилищами, резными камнями и различными произведениями древнего и нового искусства.

Он не жалел денег на книги, а его агент Никколо Никколи использовал неограниченный кредит для покупки книг по всей Европе. У него были роскошные сады и виллы, похожие на замки. Но в этом был более глубокий смысл, чем просто любовь к роскоши. Добавьте к этому царственную щедрость, с которой он делал пожертвования монастырям и церквям. Он перестроил собор Сан-Марко, послушницу и часовню в Санта-Кроче, построил церковь Сан-Лоренцо, у главного алтаря которой сам Козимо со временем упокоит свои останки.

Он потратил значительные суммы денег на восстановление и украшение церкви в Иерусалиме. Уже тогда многие задавались вопросом, свидетельствует ли это великолепие зданий, изображений и статуй в церквях и монастырях о его благочестивой набожности или о жажде славы и тщеславии человека, чьи гербы украшали здания.

Но пышность и великолепие города, которые для горожан были предметом гордости, а для иностранных гостей - предметом изумления, были в то же время правом на власть для человека, который все это создал. Но эта щедрость, ради удовлетворения которой банк семьи Медичи стал как бы государственной казной, была одновременно и наследственной чертой, характерной для семьи, и плодом благоразумного расчета. Козимо рисковал многим, прежде всего своими деньгами, и многие были ему обязаны.

Но он находил передышку, когда читал, подрезал виноградники в своих поместьях или играл в шахматы. Очевидно, что, будучи очень богатым и многим рискуя, он должен был стать первым человеком в республике, но он никому не давал этого почувствовать. Он победил ненависть и был удостоен титула "отец отечества" публичным указом, выгравированным на его надгробии.

Все Медичи - покровители наук и искусств, но ни один из них, даже Лоренцо Великолепный, не был их покровителем в таком возвышенном, бескорыстном и благородном смысле, как Козимо. Он не был человеком образованным, хотя был образован и начитан, быстро соображал, был одарен тонким пониманием изящества.

Он знал языки, и на протяжении всей своей жизни обнаруживал гуманитарные наклонности. Вообще, любовь к искусству и литературе была его первой страстью, а второй - страсть к банковскому делу. Козимо понимал и ценил все ученые заслуги, все благородные труды.

Писатель, поэт, удивительно легко создавший гекзаметры, простой писец, учитель грамматики, переводчик, глубокий теолог или философ, архитектор, построивший дворцы и храмы, художник, украсивший их картинами и скульптурами, инженер, создавший каналы и сложные механизмы, - все они были для Козимо членами семьи, которой он дорожил. <Их произведения украшали город и прославляли республику. Он привлекал талантливых людей, давал им места и работу и платил жалованье. И каждому он давал работу по его способностям, ни на кого не возлагал иных обязанностей, кроме тех, что требовала сама работа или внутреннее побуждение.

Он не требовал никакой работы.

Он не требовал почитания к себе, но благосклонно принимал, если его вознаграждали. Он был выше всех склок и сплетен, выше мелких обид, которые так же распространены в литературном мире, как и в любой сфере, где возможно соперничество. <Только поэт Филельфо, который в своих притязаниях доходил до безрассудства, не стыдился поливать грязью Козимо. Скульптура во Флоренции. Палаццо Медичи во Флоренции.

Художник - Б.

.

Навигация

thoughts on “Медичи, козимо старый

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *